Зміцнів я серцем, Боже, я зміцнів.
Із вуст моїх хвала тобі i спів.
Не хочу я їх i вночі стулити,
Бо прагну дякувати i хвалити.
О пробудися арфо! Ліро, смійся!
Досвітня зіронько, прокинься!
Потрібно нам веселими піснями
Хвалити Бога поміж племенами.
Господнє милосердя більше неба,
Дає Він вірним все, що тільки треба.
А Божа правда досягає хмар —
I праведник отримає свій дар.
О Боже, піднесися — хай земля
На славу дивиться Твою здаля.
Твоєї ж слави світло неповторне
Нехай обніме землю i огорне.
Нас, Господи, з неправди визволяй
I обзивайся, i допомагай.
Усі бо знають, що Твоя рука
Для праведного добра i легка,
Що лише Божа сила i турбота
Відкриє душам вічності ворота.
Ти допоможеш, зміцниш на літа,
А людська поміч — суєта.
О, тільки не покинь нас, Боже,
Бо хто полюбить нас i хто нам допоможе?!
Василь Мартинюк,
Луцьк, Україна
Я народився 16 січня 1966 року в с. Карпилівка Сарненського району Рівненської області. Закінчив філологічний факультет Волинського державного університету ім. Лесі Українки. Учителював, працював літературним редактором журналу "Благовісник".
Автор збірки "Оновлення серця" (2004).
Одружений. З дружиною Марією виховуємо шестеро дітей.
Прочитано 10123 раза. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
